Елена Вяльбе: Пусть в ВАДА плюются

Президент Федерации лыжного спорта России Елена Вяльбе сражалась за своих спортсменов как львица — отбивала нападки западных СМИ, бывала практически на всех заседаниях Спортивного арбитражного суда (CAS), не давала расслабиться международным спортивным чиновникам. И вот в четверг CAS оправдал 28 наших спортсменов, среди которых восемь лыжников, включая олимпийского чемпиона Сочи-2014 Александра Легкова, которому вернули золотую медаль.

— Елена Валерьевна, звоним поздравить – первый этап этой безумной гонки вы выиграли.

— Ну да, маленькая победа.

— Но есть ли возможность дозаявить ребят на Олимпиаду?

— А мы изначально их и заявляли. Они были в списках, которые мы отправляли в Международный олимпийский комитет, который их вычеркнул – не прислал приглашения… Сегодня, максимум завтра, Олимпийский комитет России вновь отправит этот список, чтобы мы без судебных тяжб решили этот вопрос. Если нет, то мы пойдем, безусловно, в суд.

— Вы говорили, что для наших лыжников сократили количество квот на Олимпиаде и их раздали другим странам.

— Да, было 20, а осталось 12. Они нам оставили только тех спортсменов, на которых было приглашение. Но это уже, скажем так, не наша проблема. Мы подаем в Спортивный арбитражный суд, и если он решит вопрос положительно, то пусть расширяют квоты.

— Максим Вылегжанин, которого оправдали наряду еще с семью лыжниками, сказал, что он подает в CAS, чтобы его допустили на Олимпиаду. Каждый спортсмен сам будет подавать иск?

— Да нет, мы идем с теми же адвокатами. Мы работаем, как и работали ранее, все вместе. Безусловно, все делается от имени спортсменов, они подписывают доверенности, самостоятельно они не отправляют бумаги в CAS.

— Справедливость восторжествовала! CAS, получается, независимый на самом деле суд?

— Я не могу говорить зависимый или нет. Все-таки учредителями CAS является и МОК в том числе. Поэтому, наверное, и прозвучала такая негативная со стороны МОК, они не согласны с этим решением CAS и огорчены, что они были, так скажем, не на их стороне.

— В ВАДА вообще там плюется…

— Ну и пусть плюются. Что делать, мы должны отстаивать свое честное имя и мне, например, все равно, что думает по этому поводу и МОК, и ВАДА, и Григорий Родченков, и Макларен, все вместе взятые. Я знаю, что мы честно выступали на Олимпиаде в Сочи и не понимаю, почему мы должны нести какие-то наказания за то, чего мы не делали?

— А вам пришло приглашение на Олимпиаду?

— Нет, меня никто не пригласил, но я не сильно расстроилась. Я там буду в качестве зрителя.

— А что вы скажете Баху, если вы его увидите?

— Я надеюсь, что я его не увижу и разговаривать мне с ним не придется. Мне не хочется обсуждать тему Томаса Баха. К сожалению, он там не один и что с ним разговаривать? Да, наверное, он тоже сожалеет, что в его время, в его правление происходят все эти неприятные истории, потому что я знаю, что не только в России, но и за ее пределами, в тех же СМИ он получает очень много критики в свой адрес. Но, к сожалению, такая жизнь, что теперь сделать – и ему нелегко, и нам нелегко…

— На решение CAS уже появились политические комментарии. Европа пошла против Америки, которая подмяла под себя МОК. А совсем недавно Германия откровенно высказала недовольство США, потому что они не согласовывают с ними антироссийские санкции…

— Ну, понятно… И к сожалению, мы, спортсмены, сейчас как заложники в этой политической игре со стороны США. Но мне не хочется, чтобы от этого страдали люди, которые реально не виноваты. Это же даже не просто санкции против какого-то там отдельного человека, хотя, честно сказать, я тоже не понимаю, почему санкции должны быть против каких-то олигархов, против нашего правительства. Я вообще далекий человек от политики и мне все это крайне неприятно, это какая-то грязь… Я привыкла играть в спортивные игры. У нас замечательный вид спорта, где нет никакого человеческого фактора. Вот включили секундомер и он показывает, кто был первым, кто был вторым, кто был третьим – все до долей секунды…

— Тем не менее, у вас неплохо получается решать сложные вопросы. Вы идете, не сворачивая, и добиваетесь свой цели.

— Да, может быть, это не политика, это просто вера и сила моя. Я много раз говорила, что эти спортсмены – они мои дети и я не могу смотреть в глаза этим детям, если я до конца не пройду этот путь вместе с ними и не буду за них бороться. Это не в моих правилах. Я никогда спортсменкой не бросала бороться, как бы мне тяжело ни было. Точно так же я не буду сейчас что-либо бросать. Если бы я знала, что мы в чем-то виноваты, может быть, я сидела бы и молчала в тряпочку и смотрела бы, как развиваются события. Но когда это ложь сплошная, грязь, меня не волнует никакая политика. Вы играйте в свои игры там, а здесь оставьте нас в покое. У нас есть хорошее поле деятельности – это лыжня. Вышел на старт, победил, у тебя взяли допинг, проверили его и ты – чистый. Вот это все и есть правда. А все остальное для меня неинтересно. Я не хочу играть ни в какие игры – ни в политические, ни в поддавки, ни в такие политические шахматы. Это не мое.

— Елена Валерьевна, а как все эти суды и отстранения могут повлиять на выступления спортсменов на Олимпиаде, если их туда все же допустят?

— Для того, чтобы допускали, надо все-таки пройти еще какой-то небольшой путь. Я считаю, что мы уже будем скоро как настоящие мастодонты в судах. Но, к счастью, сейчас спортсменам не нужно будет куда-то ехать для того, чтобы опять отвечать на какие-то вопросы, смотреть честно в глаза людям… У них есть возможность просто готовиться к Олимпийским играм и верить и надеяться, что и в очередной раз правда восторжествует и они все-таки будут допущены до Олимпиады. Конечно, после такой психологической нагрузки, которая вообще свалилась на нас в последние полтора года, показать результат будет непросто. Ведь у меня есть спортсмены, которые больше года уже не соревнуются, потому что ФИС нас тоже временно отстранял. Но тут есть две категории людей – те, которые в сложной ситуации собираются, аккумулируют все свои силы и выстреливают, а есть те, которые, к сожалению, ночью не спят. Они думают об этом, они переживают по-другому. Поэтому мне сложно сказать, кому это пойдет на руку из моих спортсменов, а кому нет. Думаю, что таких, наверное, в мире нет людей, которые могли бы вот так спокойно, когда их с утра до ночи мурыжат, выйти на старт и показать какие-то максимальные результаты. Я перед ними преклоняюсь перед всеми, что никто еще не опустил свои руки, не бросил, не перестал тренироваться, а верит в то, что Олимпийские игры у них еще состоятся. Это очень важно.

— Через несколько часов после решения арбитражного суда Международная федерация лыжных видов спорта (ФИС) сняла отстранение с восьми лыжников. Так что Легкова и Вылегжанина, которые не выступали больше года, уже можно заявлять на Кубок мира?

— И на Кубок мира, и есть ребята, которые у нас побегут Континентальный кубок – это тоже ФИСовский старт, который пройдет в Москве 10-11-го февраля. Поэтому мы поблагодарим завтра ФИС за столь скорое решение… я понимаю, что они тоже устали. На самом деле, я думаю, что мы уже все устали от всего этого. Это невозможно, когда столько времени вот эта грязь льется, а доказательств нет. Ничего же нового нам никто так и не показал. Есть только Григорий Родченков – мы даже уже не знаем, он там или уже даже кто-то другой… Я думаю, ему там уже несколько человек эти поэмы пишут, я в этом даже не сомневаюсь. И не сомневаюсь в том, что он был давно уже там завербован и они готовились к этой атаке уже не один год. Я теперь в этом абсолютно убеждена.

ЧИТАЙТЕ ТАКЖЕ

Почему CAS за нас? Ответы на главные вопросы после оправдания российских спортсменов

Спортивный арбитражный суд — детище самого МОК. Его придумал экс-президент Международного олимпийского комитета Хуан Антонио Самаранч еще в 1980 году. К тому времени стало понятно, что гражданские суды не могут понять специфику спортивных споров, и надо было учреждать какую-то свою судебную инстанцию. Но в середине 1990-х CAS отделился от МОК, чтобы стать полностью беспристрастным. И с тех пор спортивному суду удавалось избегать обвинений в ангажированности. (подробности)